Плата за открытия. Роберт-Вильгельм Бунзен

Вот только некоторые эпизоды из этой области. В руках немецкого химика Роберта-Вильгельма Бунзена (1811—1899) взорвался запаянный стеклянный сосуд с соединением мышьяка. Ученый остался без правого глаза и сильно отравился. Руки Бунзена от работ с химическими веществами настолько огрубели и покрылись шрамами, что в обществе он предпочитал прятать их под стол. Но в лаборатории он демонстрировал их «неуязвимость», внося указательный палец в пламя газовой «горелки Бунзена» и держа его там несколько секунд, пока не распространялся запах паленого рога; при этом он спокойно произносил: «Смотрите, господа, в этом месте температура пламени выше тысячи градусов» (см. 8.3).

У французского химика Шарля-Адольфа Вюрца (1817—1884), президента Парижской академии наук, при нагревании смеси трихлорида фосфора РС13 и натрия Na в открытой пробирке произошел сильный взрыв. Осколки поранили ему лицо и руки, попали в глаза. Удалить их сразу из глаз не удалось. Постепенно, однако, они стали выходить сами. Лишь через несколько лет хирурги восстановили Вюрцу нормальное зрение.

Французский физик и химик Пьер-Луи Дюлонг (1785—1838), член Парижской академии наук, дорого заплатил за открытие взрывчатого вещества нитрида трихлора C13N (см. 6.6): он потерял глаз и три пальца (см. 558). Дэви (см. 2.44), изучая свойства этого вещества, также чуть не лишился зрения.

Русский академик Леман (см. 1.7) умер в результате отравления мышьяком, попавшим ему в легкие и пищевод при взрыве реторты в лаборатории.

Немецкий химик Либих (см. 2.17) едва не погиб, неосторожно уронив пестик, которым растирал кристаллы в ступке, в металлическую банку, где хранился сильно взрывчатый фульминат ртути — «гремучая ртуть» Hg(CNO)2 (см. 654). Взрывом сорвало крышу дома, а самого Либиха только отбросило к стене, и он отделался ушибами.

Русский академик Ловиц (см. 2.21) в 1790 г. отравился хлором.

По этому поводу он писал: «Кроме длящейся почти восемь дней мучительной боли в груди случилось также, что когда по моей неосторожности... газ вышел в воздух, я внезапно потерял сознание и упал на землю».

Гей-Люссак (см. 1.45) и Тенар (см. 1.45) при одной из попыток получить калий путем нагревания смеси гидроксида калия КОН и порошка железа Fe по реакции 6KOH + 2Fe=6K+Fe203 + 3H20 едва не погибли из-за взрыва лабораторной установки. Гей-Люссак провел в постели, оправляясь от ран, почти полтора месяца. С Тенаром произошла еще одна история. В 1825 г. он во время лекции по химии ртути по ошибке вместо сахарной воды сделал глоток из стакана, содержащего раствор сулемы (хлорида ртути HgCl2) — сильного яда. Он спокойно поставил стакан на место и хладнокровно объявил: «Господа я отравился. Мне могут помочь сырые яйца, принесите мне их, пожалуйста». Перепуганные студенты бросились по соседним лавкам и домам, скоро перед профессором высилась груда яиц. Тенар принял внутрь сырое яйцо, разболтанное с водой. Это его и спасло. Сырое яйцо — прекрасное противоядие при отравлении солями ртути.

Русский академик Никита Петрович Соколов (1748—1795) умер от отравления фосфором и мышьяком при изучении свойств их соединений.

Ранняя смерть Шееле (см. 2.7) в возрасте сорока четырех лет была вызвана, видимо, отравлением впервые полученным им циановодородом HCN (см. 6.2) и арсином AsH3 (см. 8.17), о сильной ядовитости которых Шееле не подозревал.

Русский химик Вера Евстафьевна Богдановская (1867—1896) погибла в возрасте двадцати девяти лет, пытаясь провести реакцию между белым фосфором Р4 и циановодородной кислотой HCN.

Ампула с этими двумя веществами взорвалась и поранила ее руку. Началось отравление крови, и через четыре часа после взрыва Богдановская скончалась.

Американский химик Джеймс Вудхауз (1770—1809) умер в возрасте тридцати девяти лет от систематического отравления монооксидом углерода СО (см. 7.14, 7.15), не подозревая о токсичности этого газа. Он занимался исследованием восстановления железных руд древесным углем: Fe203 + 3C = 2Fe + 3COt.

В ходе исследования выделялся монооксид углерода СО — «угарный газ».

Английский химик Уильям Круйкшенк (1745—1810) в последние годы жизни лишился рассудка из-за постепенного отравления хлором С12, монооксидом углерода СО и оксидом-дихлоридом углерода СС120 (фосгеном), синтезом и изучением свойств которых он занимался.

Немецкий химик Адольф фон Байер (1835—1917), лауреат Нобелевской премии, в молодости синтезировал метилдихлорарейн CH3AsCl2. He зная, что это вещество сильный яд, он решил его понюхать. Байер сразу начал задыхаться и вскоре потерял сознание.

Его спас Кекуле (см. 2.35), вытащив Байера на свежий воздух.

Байер был практикантом у Кекуле.