Крупный алмаз — из мелких?

В 1694 г. члены Академии естествоиспытателей во Флоренции (Италия) Дж. Аверани и К.-А. Тарджони решили из нескольких мелких алмазов получить один крупный. Они сильно нагрели тигель с алмазами и были поражены, увидев, что последние загорелись как уголь, оставив после себя лишь маленькую щепотку золы.

В 1772 г. Лавуазье (см. 2.28) с помощью построенной им «зажигательной машины» с двумя линзами, одна из которых имела диаметр более 120 см, также исследовал действие жара на алмаз.

Он поместил алмаз в фокус линз в яркий солнечный день и установил, что алмаз сгорает точно так же, как и уголь, образуя диоксид углерода С02. Другой французский химик, Жан Дарсе (1725—1801), резко выступил против утверждения Лавуазье, обвиняя его в подтасовке фактов. Дарсе доказывал, что алмаз не сгорает, а испаряется.

Тогда еще раз в 1797 г. английский химик Теннант (см. 4.48) сжег алмаз в плотно закрытом золотом тигле и показал, что алмаз горит как чистый углерод.

Алмаз — кристаллическая метастабильная модификация углерода. .

Нагретый на воздухе до температуры выше 800° С, он сгорает: С + 02=С02.

Если же нагревать алмаз без доступа воздуха, то он превращается в графит, давление пара которого даже при 2000° С исчезающе мало, около 0,01 Па, и, следовательно, испаряться в этих условиях он не может.